— Этот мир принадлежит людям. Здесь все построено ими. И все управляется ими. У нас нет другого выхода, кроме как с этим смириться, — сказал Ангало.

Масклин взглянул на Талисман. Талисман прислушивался к беседе, Масклин видел это. Каким-то образом этот маленький черный кубик умудрялся выглядеть заинтересованным, когда прислушивался.

Но заговаривал он, к сожалению, только когда считал нужным. И ограничивал свою помощь самыми необходимыми подсказками. Как будто все время испытывал Масклина.

Поэтому обратиться к нему сейчас за помощью означало признать полное свое бессилие. Но…

— Талисман, — сказал Масклин, — я знаю, ты меня слышишь, потому что здесь, в аэровокзале, ты можешь подпитываться электричеством. Мы не можем найти Тридцатидевятилетнего Внука Ричарда. Даже не знаем, как приступить к поиску. Помоги нам, пожалуйста.

Талисман продолжал молчать.

— Если ты откажешься помочь, — спокойно продолжал Масклин, — мы возвратимся в каменоломни, где встретимся с людьми. Но тебе это будет уже безразлично, потому что мы оставим тебя здесь. Да, оставим здесь — и уйдем. Ни один ном не сможет тебя найти. И никакой другой такой возможности тебе уже больше не представится. Мы все до одного перемрем — из-за тебя, Талисман. Долгие годы ты будешь валяться здесь, никому не нужный, в полном одиночестве, и тогда ты, может быть, пожалеешь, что не помог, когда я просил тебя о помощи. И подумаешь: «Если б можно было все переиграть, я бы не стал тогда отмалчиваться». Вообрази себе, Талисман, что именно так и произошло, и это и есть твой второй шанс. Помоги нам.

— Это же машина! — выпалил Ангало. — Разве можно запугать маши…

На черной грани кубика зажглась одна красная точка.

— Я знаю, ты слышишь, что думают другие машины, — продолжал Масклин, обращаясь к Талисману, — но слышишь ли ты, что думают номы? Если ты подозреваешь, будто я говорю не всерьез, прочитай мои мысли, Талисман. Ты хотел, чтобы номы научились действовать разумно. Вот я и действую. У меня хватает ума, чтобы понять, когда я нуждаюсь в помощи. Как раз сейчас я в ней и нуждаюсь. И знаю, что ты можешь ее оказать. Не медли, пожалуйста. Иначе мы оставим тебя здесь и начисто забудем о твоем существовании.